Медный всадник в Петербурге — история и факты

Медный всадник стоит на Сенатской площади уже больше двух веков — и всё это время не перестаёт удивлять: ни бронзой, которую скрывает «медное» название, ни тем, как добирался сюда многотонный постамент, ни историей скульптора, который так и не увидел открытия своего главного творения.

Фальконе, Колло и змея под копытами

Несмотря на название, памятник отлит из бронзы. «Медным» его назвал Пушкин — в поэме 1833 года, и это имя прижилось настолько, что вытеснило любые другие.

Работу над монументом Екатерина II поручила французскому скульптору Этьену Фальконе в 1766 году. Тот прибыл в Петербург со своей ученицей — Мари-Анн Колло, которой в итоге досталась, пожалуй, самая ответственная часть: лицо Петра. Императрица отвергла два варианта головы, выполненных самим Фальконе, а эскиз Колло одобрила сразу. В знак признания Екатерина приняла молодую французскую скульпторшу в члены Петербургской академии художеств — ей тогда было около двадцати лет.

Змею под копытами коня — третью опорную точку монумента, без которой конструкция была бы неустойчивой, — вылепил русский скульптор Фёдор Гордеев. Фальконе настоял именно на такой композиции: Пётр на вздыбленном коне, попирающем гадину. Отливка целиком заняла несколько лет и завершилась в 1778 году — в два приёма, поскольку во время первой попытки часть формы прорвало.

Гром-камень: находка, перевозка, прибытие

Постамент для монумента искали долго. В «Санкт-Петербургских ведомостях» вышло объявление с просьбой сообщать о крупных подходящих камнях. Откликнулся крестьянин Семён Вишняков: он указал на огромную гранитную глыбу близ деревни Лахта — в нескольких верстах от берега Финского залива. Местные называли её Гром-камнем: по преданию, когда-то в него ударила молния и отколола большой кусок.

Вес глыбы до обтёски составлял около 1600 тонн. Для перевозки по суше придумали платформу на медных шарах, которая скользила по деревянным желобам — принцип, отдалённо напоминающий подшипник. Сорок шесть каменотёсов работали прямо в движении: они обтёсывали камень, пока платформа медленно ползла к берегу. Это продолжалось с ноября 1769 по март 1770 года.

По воде камень везли на специально построенном двухкорпусном судне — прам назывался «Святой Николай». 26 сентября 1770 года глыбу доставили на Сенатскую площадь. Зрителей собралось столько, что власти заранее оцепили берег. За транспортировкой с интересом следила вся Европа: французская Академия наук прислала наблюдателей.

После установки камня его продолжали обтёсывать ещё несколько лет. Окончательная форма постамента — волна или морской гребень — придуманы самим Фальконе.

Открытие, которого Фальконе не увидел

В 1778 году, после завершения отливки, Фальконе покинул Россию — отношения с двором к тому времени окончательно испортились. Завершал установку и патинирование монумента архитектор Юрий Фельтен.

Торжественное открытие состоялось 7 августа 1782 года — ровно через сто лет после воцарения Петра I. На постаменте выбиты две надписи: на русском «Петру первому Екатерина вторая» и на латыни — PETRO primo CATHARINA secunda. Год — 1782.

Пётр изображён без седла, в условном плаще — не в военном мундире и не в античной тоге. Фальконе намеренно уходил от привычной парадной иконографии. Голова увенчана лавровым венком, у бедра — меч, но акцент всей позы не на атрибутах власти, а на движении: конь завис над пропастью, а всадник вытянул руку в сторону Финского залива и Швеции — туда, откуда пришла угроза и откуда пришла победа.

Легенда о сне Батурина и война

С монументом связана история, которая при всей своей литературности приводится в серьёзных источниках. В 1812 году, когда Наполеон подступал к Москве и в Петербурге обсуждали эвакуацию ценностей, майор Батурин якобы рассказал князю Голицыну о повторяющемся сне: Пётр съезжает с постамента, скачет к Александру I и говорит: «До чего ты довёл мою Россию, но покуда я на месте, моему городу нечего опасаться». Александр I, по преданию, после этого рассказа отменил эвакуацию памятника.

В годы блокады Ленинграда памятник не вывезли. Его обложили мешками с песком и деревянными щитами. Рядом поставили фанерный короб. Монумент простоял под укрытием все 872 дня осады и не получил повреждений.

Пушкинская поэма 1833 года закрепила за монументом имя и образ — бронзовый самодержец, от топота которого бежит несчастный Евгений. С тех пор памятник и поэма существуют нераздельно: туристы, которые никогда не читали «Медного всадника», всё равно знают строчки про «горделивого истукана».

Фальконе получил за работу куда меньше, чем рассчитывал. Он прожил ещё несколько лет в Париже, почти не работал из-за последствий инсульта и умер в 1791 году — так и не побывав на открытии того, что принесло ему мировую известность.