Каса Мила — «Каменоломня» Антонио Гауди

На Пассеч-де-Грасия в Барселоне стоит дом, который при строительстве сравнивали с осиным гнездом, паштетным пирогом и гаражом для дирижаблей. Каса Мила — последняя гражданская работа Антонио Гауди — была готова в 1912 году и с первых же дней раздражала одних и восхищала других. Барселонцы прозвали её La Pedrera — «Каменоломня».

Заказ, который стал последним

В 1906 году промышленник Пере Мила-и-Кампс и его жена Розер Сехимон купили участок на Пассеч-де-Грасия и заказали проект Гауди. Архитектор к тому времени уже завершил Каса Батльо — несколькими кварталами ниже по той же улице — и находился в зените своего стиля. Строительство растянулось на шесть лет.

Когда дом был сдан, публика оказалась в растерянности. Волнистый каменный фасад без единого прямого угла, кованые балконы с переплетёнными металлическими водорослями, фигуры на крыше, похожие на воинов в шлемах. Сатирическая газета L'Esquella de la Torratxa опубликовала карикатуру: здание изображалось как причальная мачта для дирижаблей. Само прозвище «Каменоломня» родилось из того, что фасад был облицован необработанным известняком — сначала из карьера в Гарраф, потом из Вилановы.

Конструкция без несущих стен

Внутри здания нет ни одной несущей стены — только колонны. Гауди применил стальной каркас, который позволял жильцам перепланировать квартиры по своему усмотрению. Для 1906 года это было радикальным решением: большинство жилых домов того времени строилось по жёсткой секционной схеме.

Под домом с самого начала был предусмотрен подземный гараж для экипажей — первый такого рода на Пассеч-де-Грасия. Сама постройка превысила разрешённый объём застройки на четыре тысячи кубических метров. Снести излишки городские власти не решились — в 1909 году комиссия Эйшампле признала здание памятником и освободила от строгого соблюдения строительных норм. Компенсацию Гауди заплатил около ста тысяч песет.

Три двора и почти каждая комната с окном

В доме три внутренних двора — один круглый и два овальных. Через них в квартиры поступают свет и воздух: почти каждая комната выходила либо на улицу, либо в один из дворов, либо во внутренний квартальный сад. Прислуга жила в мансарде и смотрела в атриумы, хозяева — во внешний мир.

Естественная вентиляция была встроена в саму конструкцию дымоходов и шахт. Кондиционеров не было — и не нужно было.

Крыша с воинами

Крыша Каса Мила — то, ради чего сюда приходят отдельно от всего остального. Дымоходы и вентиляционные шахты Гауди превратил в скульптуры: закрученные фигуры с прорезями для глаз напоминают рыцарей в шлемах или задрапированных стражей. Местные давно называют их «воинами». Поверхность крыши волнистая, без перил в привычном понимании — пространство организовано арками и пандусами.

Для отделки дымоходов Гауди использовал трэнкадис — мозаику из битой керамики и стекла, включая отходы производства. Один из первых задокументированных случаев повторного использования строительного мусора в архитектурных целях.

Интерьер и кованые решётки Жужоля

Балконные решётки создавал не сам Гауди, а его ближайший соратник Жузеп-Мария Жужоль. Металл скручен в форму водорослей и морских существ — если смотреть снизу, с тротуара, решётки выглядят как что-то выброшенное прибоем. Внутри здания — волнистые потолки, расписные колонны, ни одного прямого угла в отделке.

С крыши открывается вид на башни Саграды Фамилии — здания, которому Гауди посвятил последние годы жизни и которое так и не было достроено при нём.

Статус ЮНЕСКО и судьба здания

2 ноября 1984 года Каса Мила вошла в список Всемирного наследия ЮНЕСКО — в одном решении с Парком Гуэль и Дворцом Гуэль. Ещё раньше, в 1969 году, испанское правительство признало её памятником национального значения.

Сегодня зданием управляет Fundació Catalunya La Pedrera — независимый частный фонд, направляющий доходы от туризма на культурные, образовательные и экологические программы. Часть квартир по-прежнему сдаётся в аренду: дом не стал музеем в полном смысле слова, он остался жилым. Посетителям открыты восстановленные интерьеры квартиры 1920-х годов, экспозиция в мансарде и крыша — последнюю можно осмотреть и ночью, когда здесь устраивают световые представления.

За всё время здание посетили более 29 миллионов человек. Камень фасада постепенно разрушается от городской среды — фонд ведёт непрерывные программы реставрации известняка и кованых элементов.

Гауди говорил о своём замысле: углы исчезнут, материя обнажит свои изгибы, свет проникнет со всех сторон. Крыша с воинами, дворы без прямых стен, решётки из металлического лома — в этом доме легко поверить, что архитектор имел в виду именно то, что сказал.