Тюльпаны, анемоны и артишок в объективе Доун Леблан

Изгиб стебля, складка лепестка, пятно цвета — больше на снимках Доун Леблан (Dawn LeBlanc) почти ничего нет. Тюльпаны, анемоны и розы она ставит перед глухим чёрным или белым фоном и подходит к ним так близко, что знакомый цветок начинает выглядеть абстрактной композицией.

Цветок без сада вокруг

Доун Леблан снимает цветы, листья и соцветия крупным планом. Работы из этой подборки датированы 2010 годом — подпись «© 2010 dawn» видна в углу нескольких кадров. Приём почти везде один: растение изъято из клумбы и вазы и оставлено наедине с ровным фоном, где ничто не спорит с его формой.

Чаще всего фон чёрный. На нём синие и фиолетовые лепестки будто светятся изнутри. У тюльпана, снятого со стороны стебля, проступают жёлтые и красные полосы, которые обычно не видно, если смотреть на цветок сверху, как на клумбе.

Фактура вместо цвета

Иногда цвет пропадает совсем. Артишок и шаровидные соцветия мордовника сняты в чёрно-белой гамме, и на первый план выходят чешуйки, колючки, повторяющийся рисунок. Листья котонеастера, наоборот, разложены на белом фоне и просвечивают насквозь, так что видна каждая жилка.

Строго говоря, большинство этих кадров — не макросъёмка, а крупный план. Макро в точном смысле слова — снимок, где объект передан в натуральную величину или крупнее, в масштабе 1:1. У Леблан цветок обычно помещается в кадр целиком, и это, пожалуй, к лучшему: форму растения видно сразу, без загадки «что это».

Анемоны и подсолнух

Анемоны в подборке встречаются дважды — синяя и фиолетовая. Русское название этого цветка, ветреница, повторяет греческое: имя рода происходит от слова «ветер». Крупные цветки на длинных цветоносах раскачиваются даже от слабого порыва. На снимках Леблан ветра нет, и тёмное кольцо тычинок в центре венчика видно отчётливо, каждую тычинку по отдельности.

Подсолнух она тоже не стала приукрашивать: краевые лепестки уже подвяли и скрутились, а середина корзинки свёрнута в плотную спираль из мелких цветков.

Похожие работы на сайте — цветы в макросъёмке Татьяны Макушиной и растения и травы в объективе Марты Черницкой.

Один кадр выбивается из студийной серии. На розовой эхинацее сидит шмель — единственный снимок в подборке, где у цветка есть гость.