Последнее письмо Евгения Петрова: легенда или мистика?

У Евгения Петрова — соавтора «Двенадцати стульев» и «Золотого телёнка» — было странное хобби: он отправлял письма по несуществующим адресам в несуществующие города. Письма неизменно возвращались с иностранными штампами и пометкой «адресат не найден». Пока однажды одно из них не вернулось с ответом.

Писатель, который писал письма в никуда

Евгений Петров — настоящая фамилия Катаев — вошёл в историю литературы как соавтор Ильи Ильфа. За пять лет совместной работы они написали два романа, которые переиздаются до сих пор. После смерти Ильфа в 1937 году Петров остался один и продолжил работать как журналист и военный корреспондент.

Мало кто знает, что у него было необычное увлечение: он коллекционировал конверты с иностранными почтовыми штампами — и добывал их весьма оригинальным способом. Петров придумывал несуществующий город, несуществующую улицу, несуществующего получателя — и отправлял письмо. Через месяц-два оно возвращалось обратно, уже украшенное марками транзитных почтовых отделений и стандартной пометкой: «адресат не найден». Именно эти конверты, побывавшие неизвестно где, и составляли его коллекцию.

Письмо в Новую Зеландию

В 1939 году Петров отправил очередное письмо — на этот раз в Новую Зеландию. Адрес был полностью вымышленным: город Хайдбервилль, улица Райтбич, дом 7, получатель — Мерил Юджин Уизли. В самом письме он сочувствовал по поводу гибели вымышленного дяди Пита, справлялся о здоровье вымышленной Ингрид и просил передать привет вымышленной дочери.

Это письмо ничем не отличалось от десятков предыдущих. Но в конце лета того же года Петрову пришёл ответ — с обратным адресом, в точности совпадавшим с тем, который он сам придумал: «Мерил Юджин Уизли, Райтбич, 7, Хайдбервилль, Новая Зеландия».

В конверте было письмо. Некий Мерил Уизли благодарил за сочувствие, упоминал Ингрид и сообщал, что дочь до сих пор не расстаётся с плюшевым медведем — тем самым, который якобы подарил ей Евгений. К письму прилагалась фотография: на ней были изображены двое мужчин, одного из которых Петров, по легенде, узнал как себя.

Петров не стал объяснять произошедшее мистикой. Он отправил ответное письмо, в котором написал, что это недоразумение: он никогда не бывал в Новой Зеландии, а 9 октября 1938 года лежал в московской больнице с тяжёлым воспалением лёгких.

2 июля 1942 года

Ответа на это второе письмо Петров так и не дождался. 2 июля 1942 года он летел из Севастополя в Москву — в качестве военного корреспондента он освещал оборону города. Самолёт был сбит немецкими истребителями над Ростовской областью. Петрову было 38 лет.

По легенде, именно в этот день на его московский адрес пришло третье письмо из Новой Зеландии. Мерил Уизли якобы писал: «Помнишь, Евгений, ты сказал мне после купания в озере, что утонуть тебе не суждено, а суждено разбиться на самолёте. Очень прошу — летай как можно меньше».

Стоит честно сказать: никаких документальных свидетельств этой переписки не существует. Ни конверты, ни письма, ни фотография нигде не всплывали — ни в архивах, ни в воспоминаниях современников. История появилась в советских и постсоветских изданиях как устная легенда и с тех пор кочует из текста в текст. Дата гибели Петрова, место и обстоятельства — всё это факты подтверждённые. Остальное — нет.