Как зеркало прошло путь от обсидиана до телескопа

Восемь тысяч лет назад человек смотрел на себя в кусок отполированного вулканического стекла. Потом были медь и бронза, венецианская амальгама, серебро Либиха — и каждый шаг делал отражение чуть честнее, а сам предмет — то дороже, то дешевле.

Камень, который отражает

Своё лицо люди видели в воде задолго до любых зеркал, но удержать такое отражение было нельзя. Первые рукотворные зеркала — полированный обсидиан. Такие диски нашли в Чатал-Хююке, одном из древнейших поселений Анатолии; их датируют примерно 6000 годом до нашей эры.

Вулканическое стекло тёмное, поэтому отражение в нём глубокое и мрачноватое. Для чего именно служили эти зеркала — для туалета, ритуала или того и другого, — археологи спорят.

Медь, бронза и первое стекло

Около 4000 года до нашей эры в Месопотамии начали полировать медь, примерно с 3000 года до нашей эры медные зеркала делали в Египте. В Китае бронзовые зеркала появились около 2000 года до нашей эры. Металлический диск приходилось постоянно чистить: он темнел, царапался, а отражение в нём всегда было с желтоватым или красноватым оттенком.

Плиний Старший писал, что мастера финикийского Сидона покрывали стекло свинцом или золотой фольгой ещё в I веке. Археологических подтверждений стеклянных зеркал раньше III века пока нет, так что сообщение Плиния остаётся под вопросом.

Секрет Венеции

К XVI веку главным производителем зеркал стала Венеция. Мастера острова Мурано научились получать ровный лист стекла и покрывать его обратную сторону амальгамой олова и ртути. Технологию охраняли как государственную тайну, и около ста лет у венецианцев не было серьёзных конкурентов.

Цены были соответствующие. По одной из оценок, венецианское зеркало размером 100 на 65 сантиметров стоило больше 8000 ливров, тогда как картина Рафаэля того же размера — около 3000.

Монополию сломала Франция. В 1665 году по распоряжению министра Кольбера во Франции открылась зеркальная мануфактура, а мастеров для неё переманили с Мурано. Чуть больше десяти лет спустя французские зеркала уже облицовывали Зеркальную галерею Версальского дворца: с 1678 по 1684 год в семнадцать арок длинного зала вставили 357 зеркал — напротив семнадцати окон, выходящих в парк. Для двора это была и роскошь, и демонстрация того, что французская промышленность может обойтись без Венеции.

Серебро вместо ртути

Ртутная амальгама была ядовита для мастеров. В 1835 году немецкий химик Юстус фон Либих предложил осаждать на стекло тонкий слой серебра из раствора нитрата серебра. Метод доработали для фабрик, и зеркало наконец стало обычной вещью в доме.

Сегодня бытовые зеркала покрывают серебром или алюминием и защищают слоями краски. В науке требования другие: зеркала телескопов, лазеров и медицинских приборов шлифуют с точностью до долей длины световой волны и часто покрывают металлом с лицевой стороны, чтобы свет не проходил через стекло.

Граница между мирами

Предмет, который показывает второго тебя, не мог остаться просто инструментом. В сказках и поверьях зеркало служит дверью в иной мир, способом узнать правду или опасной вещью, которую закрывают тканью, когда в доме покойник. Разбитое зеркало до сих пор считается дурной приметой.

Художники пользовались зеркалом иначе. Отражение на картине позволяло показать то, что находится за спиной у зрителя, ввести в сцену ещё одного персонажа или самого автора и запутать пространство так, что его хочется разглядывать дольше.

Кого мы видим

Зеркало показывает лицо перевёрнутым слева направо. Человек привыкает именно к этой версии себя, поэтому на фотографиях, где лицо не отражено, часто кажется себе немного чужим.

Узнавать себя в зеркале дети начинают не сразу. В классическом опыте ребёнку незаметно ставят пятно краски на нос и смотрят, потянется ли он к собственному носу, увидев отражение. В исследовании 1972 года к 20–24 месяцам так поступали около 65% детей. Тот же тест проходят шимпанзе: в 1970 году психолог Гордон Гэллап показал, что они трогают метку, которую видят только в зеркале.

Камера записывает, экран показывает с задержкой и фильтрами. Зеркало ничего не хранит: стоит отойти — и отражения нет.