Почему средневековые художники так странно рисовали львов

Святой Иероним сосредоточенно вынимает занозу из лапы, а лев смотрит на зрителя круглыми испуганными глазами, и морда у него почти человеческая. Сиенскую доску 1444 года из Лувра давно растащили по соцсетям как образец «средневековых львов». Разбираемся, что это за картина, откуда взялась сама легенда и почему львы у художников того времени так часто выходили непохожими на себя.

Доска из алтаря сиенских монахов

Автор картины — Сано ди Пьетро, сиенский живописец, который прожил в родном городе всю жизнь, с 1406 по 1481 год. В 1444 году он написал алтарь для монастыря Сан-Джироламо в Сиене, принадлежавшего ордену иезуатов. Эта доска — часть пределлы, длинной нижней полосы алтаря, где обычно рассказывали житие святого в нескольких сценах.

Доска совсем небольшая: 23,5 на 78 сантиметров, темпера по тополю. На ней две сцены. Слева Иероним вынимает занозу из львиной лапы. Справа продолжение истории: воры уводят монастырского осла, а лев возвращает его, да ещё пригоняет двух верблюдов, гружённых товаром.

Пять сцен из этой пределлы хранятся в Лувре с 1863 года, остальные части алтаря — в Национальной пинакотеке Сиены, города, о достопримечательностях которого мы писали отдельно. До Парижа доска побывала во флорентийском собрании Ринуччини, которое распродали в 1852 году, и в огромной коллекции маркиза Кампаны. После банкротства маркиза её купило папское правительство для Музея Наполеона III, а оттуда она попала в Лувр. Зимой и весной 2025 года доску на время возвращали в Сиену для выставки в пинакотеке.

Строго говоря, 1444 год — это уже не Средние века, а Ренессанс. Но сиенская живопись долго держалась старой манеры, и лев здесь вполне средневековый.

Чужая история про занозу

Сам Иероним, переводчик Библии на латынь, жил в IV–V веках и последние 34 года провёл возле Вифлеема. Исследователи считают историю со львом вымыслом. Легенду о занозе широко разнесла «Золотая легенда» — сборник житий, который в XIII веке составил Иаков Ворагинский.

Похожую историю задолго до этого рассказывали о другом святом — Герасиме Иорданском, отшельнике V века из долины Иордана. Он вынул занозу из лапы льва, тот остался при нём и, по преданию, тосковал на его могиле. Историк Юджин Райс предполагал, что в VII веке рассказ о льве Герасима перешёл на Иеронима. Помогло созвучие имён: в поздней латыни Иероним звучал как Geronimus, совсем близко к Gerasimus.

С тех пор лев стал постоянным спутником Иеронима на картинах, вместе с кардинальской шляпой и черепом.

Почему лев получился таким

Обычное объяснение простое: живого льва средневековый художник почти никогда не видел. Рисовали с чужих рисунков, те были скопированы с ещё более ранних, и с каждым шагом облик зверя уплывал всё дальше. В Twitter для таких изображений даже завели хештег #notalion — «не лев».

Но этого объяснения мало. Живые львы в Европе были. По данным историка искусства Чарлза Катлера, папы держали львов в Риме уже около 1100 года, во Флоренции они жили в XIII веке, при дворе в Генте — в XV, а графы Голландии построили львиный дом после 1344 года. Флорентийская коммуна содержала львов за свой счёт вплоть до 1771 года, а до Сиены оттуда меньше ста километров. Видел ли их Сано ди Пьетро, неизвестно.

Везли львов в Европу из Африки и Азии. Североафриканских ценили ещё римляне, а последний берберийский лев с густой тёмной гривой исчез из дикой природы к середине XX века.

Даже рисунок «с натуры» не гарантировал сходства. Французский мастер Виллар де Оннекур около 1225–1235 годов нарисовал льва в своём альбоме и подписал, что сделал это с живого зверя. Лев у него всё равно вышел условным, почти геральдическим.

В статье JSTOR Daily 2018 года Эллисон Майер напоминает, что для средневекового зрителя лев был в первую очередь символом. В бестиариях его связывали с Христом, на гербах он означал власть, на дверных молотках — стражу. Художнику важнее было показать силу, гордость или страх, чем верно передать анатомию. В Эшмоловском бестиарии XII–XIII века огромный лев с испуганной мордой съёжился перед петухом: по поверьям того времени, лев боялся петушиного крика.

Если смотреть так, лев Сано ди Пьетро написан верно: зверь пришёл к человеку с больной лапой, и это видно по морде.