Нубийский храм оказался ещё и царской мастерской

Египтяне выносили фаянсовые мастерские на окраины: от печей шёл дым и чад. В Нубии такую мастерскую нашли прямо у стен храма, построенного фараоном Тахаркой. И делали в ней не безделушки, а погребальные фигурки для царских гробниц.

Храм Тахарки у Четвёртого порога

Санам стоит у Четвёртого порога Нила, в бывшей Напате — первой столице Кушитского царства на территории нынешнего Судана. Храм построил кушитский царь Тахарка, правивший в 690–664 годах до н. э. Он же был фараоном Египта из XXV династии, и Санам — один из храмов Амона, которые Тахарка возводил по обе стороны нынешней египетско-суданской границы.

Рядом, у священной горы Джебель-Баркал, стоят пирамиды кушитских царей и Великий храм Амона — сердце той же Напаты.

Больше ста лет назад Санам раскапывал британский египтолог Фрэнсис Ллевеллин Гриффит. Он нашёл формы для ушебти и амулетов, но самих мастерских не обнаружил и успел опубликовать только предварительный отчёт. Новый проект под руководством Кэтрин Хоули из Нью-Йоркского университета работает на Санаме с 2017 года.

Что лежало за стенами храма

Мастерская оказалась вплотную к храму. В ней нашли сотни фаянсовых бусин, в том числе многоцветные дисковые, обломки сосудов и брак, испорченный при обжиге. Сохранилась яма для обжига в утрамбованных слоях золы, рядом — бассейны и след от столба. Обрушившийся сырцовый кирпич над ямой исследователи считают остатками печной надстройки, хотя целой печи нет.

Главная находка — зелёная ушебти без надписи. Это погребальная фигурка, которая должна была работать за умершего в загробном мире. Подходящую к ней форму нашли внутри храма. По словам ведущего автора статьи в журнале Antiquity Реннана Лемоса из Даремского университета, мастерская делала вещи, связанные с царским двором, в том числе ушебти для царского некрополя Нури.

В Нури сохранилось больше двадцати пирамид. Самая большая, со стороной основания около 52 метров, принадлежит самому Тахарке.

Дым рядом со святилищем

Почему мастерскую не вынесли подальше? Авторы объясняют это тем, что в Куше храмы были центрами государственной экономики и царской власти, и близость к ним перевешивала неудобства. Санам, по словам Лемоса, был ещё и «центром производства под контролем государства».

Отсюда вывод шире. Власть кушитских царей, по мнению исследователей, держалась не столько на земле и урожае, как в Египте, сколько на контроле над престижными изделиями, сырьём, мастерами и знаниями. Это их интерпретация, а не доказанный факт, но она хорошо ложится на то, что видно в мастерской.

Раковины вместо известняка

Фаянс — не керамика в привычном смысле, а стекловидная масса, в основном из кремнезёма с добавками щёлочи и извести. Обжигают его при сравнительно невысокой температуре, а ценили синим, зелёным и белым. Египетские мастера брали известь из известняка. В большей части Судана известняка мало, и кушиты, судя по всему, толкли вместо него морские раковины.

Раковин в мастерской много. Часть, возможно, пришла с Красного моря, но точнее сказать пока нельзя: продолжить исследования мешает война в Судане. Лемос называет такую замену технологическим новшеством, а не простым подражанием.

Долго Куш описывали как копию Египта. В мастерской на Санаме египетская технология есть, а египетского известняка нет.