Стиральная машина, которую пришлось продавать силой

В межвоенной Америке электрическая стиральная машина стоила примерно вдвое дешевле холодильника и избавляла от самой тяжёлой домашней работы. Холодильники и пылесосы раскупали, как только появлялись деньги, а стиральные машины агенты разносили по домам и уговаривали взять. Историк экономики Питер Скотт разобрал, что мешало.

Покупка без престижа

Электрические стиральные машины появились в США в 1910-х годах. Пылесосы и электрические холодильники семьи покупали охотно, едва позволял бюджет. Со стиральными машинами так не вышло, хотя стоили они примерно вдвое дешевле холодильника.

В 1920–1930-х производителям приходилось продавать их буквально с порога: агенты ходили по домам. Отраслевой журнал Electrical Merchandising жаловался, что стиральная машина не даёт владельцу ни положения в обществе, ни ощущения роскоши, ни развлечения.

«Принудительные продажи»

Питер Скотт в статье 2020 года в Journal of Social History называет метод отрасли так, как называли его сами продавцы, — «принудительные продажи». Сначала напористые агенты обхаживали семьи рабочих, которым услуги прачечной были не по карману. Когда Великая депрессия ударила по этим покупателям, ставку сделали на служащих: на семьи, которые из последних сил держались за образ жизни среднего класса и для которых чистота была частью самоуважения.

Юг, где стирали чужие руки

Особенно трудно шли продажи на Юге. Стирка считалась самой неприятной домашней работой, и даже небогатые белые семьи отдавали бельё чернокожим прачкам, чей труд стоил очень дёшево. Тяжёлая ручная работа, по местным представлениям, была не для белой южанки.

Компания Maytag, лидер отрасли, в первой половине 1930-х вообще перестала продавать машины на Юге. Некоторые производители пытались переломить ситуацию откровенно расистской рекламой, отговаривая белые семьи от услуг чернокожих прачек.

Война с прачечными

Главным конкурентом оставались механические прачечные. В 1928 году их оборот составил около 700 миллионов долларов, а продажи домашних электрических стиральных машин — 108 миллионов. В 1939 году в стране работали 6733 механические прачечные и 15 245 ручных.

Отношения двух отраслей напоминали затяжную войну с перемириями. Национальная ассоциация владельцев прачечных и Американская ассоциация производителей стиральных и гладильных машин обвиняли друг друга в том, что именно чужие машины разносят бактерии. В 1927 и 1933 годах стороны договаривались о перемирии, а в 1936-м рекламная война началась снова.

Отжим через валики

Мешала и сама техника. Полуавтоматические машины избавляли от самой изнурительной части стирки, но почти не экономили время: между циклами каждую вещь нужно было пропустить через валики отжима. Для полоскания требовались отдельные баки, и под стирку уходило втрое больше места.

Рынок межвоенных лет во многом держала Maytag — через патентные лицензии и отчисления с них. В 1939 году Верховный суд США признал её патентные притязания недействительными.

Победа после войны

По-настоящему стиральная машина прижилась только после Второй мировой войны, в годы послевоенного бума, когда изменились и сами представления о доме и хозяйстве. В 1950-х распространились полностью автоматические модели, которые работали без присмотра: заложил бельё — и можно уйти.

У кого своей машины не было, шли в прачечные самообслуживания. Сначала их называли «вашатериями», потом закрепилось слово «лондромат».